Археологические исследования в г. Санкт-Петербурге
в устье реки Охты
В мае – декабре 2008 г. Санкт-Петербургской археологической экспедицией ИИМК РАН, СЗИ Наследия были продолжены охранные раскопки, начатые в 2006-2007 гг. на мысу при впадении Охты в Неву. Они велись в центральной части мыса на удалении около 300 м от его оконечности. В ходе раскопок на площади около 8180 кв. м. были изучены засыпанные рвы различных периодов существования фортификационных сооружений на этой территории. Предварительно можно выделить три этапа их строительства. Две линии рвов, относящиеся к крепости Ландскрона, были прослежены с восточной стороны мыса – вдоль берега реки Охты на протяжении около 70 м. и с южной – напольной стороны на протяжении около 50 м. Внешний ров трапециевидный в разрезе с плоским дном шириной около 15 м., сохранился на глубину до 2.4 м. Стенки рва, имевшие угол наклона около 40°, были укреплены от оплывания деревянными плахами, уложенными по склону вплотную друг к другу. Снизу они были закреплены продольными плахами и рядом колов вбитых в грунт. В 14–15 м параллельно внешнему рву был расположен аналогичный по конструкции внутренний ров, шириной около 11 м., глубиной до 2.8 м. На внутреннем склоне рва были исследованы сгоревшие деревянные конструкции крепостных стен. В них и в нижней части заполнения рва – были обнаружены черешковые и втульчатые арбалетные болты, наконечники стрел, копий и стрел баллист, которые могут быть датированы рубежом XIII–XIV вв.
Судя по находкам, обнаруженным в верхней части заполнения обоих рвов, они были окончательно засыпаны только в XVII в. при строительстве Ниеншанца. В этих слоях засыпки с южной стороны было найдено около двух сотен переотложенных погребений. Их скопления в двух местах – во внешнем рву носили явные следы перезахоронения.
Следующий этап строительства крепостных сооружений может быть отнесен к первым десятилетиям существования Ниеншанца. В этот период расположение рва с восточной стороны меняется. Его стенки, сделанные под углом около 60° укрепляются дерновой обкладкой, шириной около 1.5 м. предохранявшей их от оползания. За рвом, с его внутренней стороны были прослежены две параллельные линии дерновых кладок, связанные, вероятно, с основанием крепостного вала.
Третий этап фортификационных работ связан с полной перепланировкой оборонительных сооружений Ниеншанца после войны 1656–61 гг., когда здесь была построена крепость с пятью бастионами и двумя воротными равелинами. Участок рва, примыкающий к юго-восточной куртине крепости между Карловым и Мертвым бастионами и перед фланками этих бастионов, был исследован на протяжении около 50 м. Склон рва, имевший уклон около 50° был облицован дерновой кладкой шириной около 2 м., предохранявшей его от оползания. В основании дерновой кладки на уровне дна рва была исследована срубная деревянная конструкция в 1–2 венца шириной около 2 м. Она состояла из уложенных вдоль склона двух рядов бревен соединенных внахлест и скрепленных между собой путем врубки поперечинами. Максимально сохранившаяся глубина рва достигает 3.5 м. В 3 м от стенки рва был обнаружен бревенчатый палисад – ряд частокола, сохранившийся на высоту до 1.2 м. Он должен был служить препятствием для штурмующих крепость при преодолении рва. Участок рва, примыкающий к внешней стенке исследовать на этом этапе не удалось.
На месте примыкания юго-восточной куртины к Мертвому бастиону был исследован потайной ход – в виде лестничного спуска выходящего в ров. Со стороны рва выход был закрыт деревянной дверью.
С внутренней стороны к правому фланку бастиона примыкали остатки постройки, погибшей в пожаре. Расположение постройки и обнаруженные в ней монеты королевы Кристины 1640-х гг. свидетельствуют о том, что она относится ко времени до строительства новых укреплений крепости в 1650–60-х гг. В центральной части крепости был исследован колодец из бруса, относящийся к XVII в.
У левого фланка Карлова бастиона на высоте около 1.5 м. над донной поверхностью рва была исследована деревянная платформа, служившая, вероятно, для ведения фланкирующего обстрела. Она опиралась на дерновый склон рва и на деревянные столбы, забитые в его дно. Протяженность платформы вдоль стенки рва составляла около 9.6 м., ширина около 2 м. В южной части платформа имеет следы значительных разрушений деревянных конструкций, среди которых имеются находки осколков мортирных бомб.
Наземные оборонительные сооружения крепости второй половины XVII в – валы на исследованном участке не сохранились. В заполнении рва прослеживаются три слоя. Нижний – связан с заплыванием рва в период существования крепости. Два других слоя характеризуют два этапа его засыпки. Первый связан с разрушением крепости во время и после штурма, второй относится к XIX в., когда на этой территории существовала Охтинская корабельная верфь.
В заполнении рва были встречены находки разных эпох от неолитических каменных орудий и позднесредневековой белоглинянной керамики, свидетельствующих об освоенности этой территории в эти периоды до предметов XIX в. Ко времени существования Ниеншанца относятся: фрагменты североевропейской керамики, голландских курительных трубок кожаная и плетеная из бересты обувь, шведские монеты, ядра, картечь. Осколки чугунных мортирных бомб были найдены непосредственно на дне крепостного рва и в центральной части крепости. Они служат ярким свидетельством ожесточенного штурма ее русскими войсками в 1703 г.
Под слоем наносного песка мощностью до 1 м., залегающего под погребенной почвой, были обнаружены песчаные слои с находками поздненеолитического времени. Среди находок фрагменты орнаментированных керамических сосудов, кремневые и сланцевые орудия, янтарные украшения.